Американская элита сегодня воспринимает Китай как антагониста, как страну, которая даже больше угрожает интересам США, чем Россия. Всё-таки для американцев главное — это не Украина или Сирия. Для американцев самое главное — это доллар, экономическое господство, доминирование Америки в мире. Вот тут Китай как раз бросает реальный вызов Америке. Известно, что китайский ВВП по пересчёту покупательной способности превысил американский, а в товарном секторе без учёта сектора услуг превосходит его почти втрое. Огромны китайские авуары в американских банках — более триллиона долларов. И что ещё очень важно, китайцы создают альтернативную финансовую глобальную структуру, которая направлена против таких контролируемых Штатами структур, как МВФ и Всемирный банк. Китайцы говорят: «Нет, мол, это не против, это параллельно». Но надо понимать, что прошло всего два года после начала работы Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, Фонда «Шёлковый путь», нового банка БРИКС, а уже достигнут большой прогресс в вытеснении долларов из международных расчётов, в чём Россия сильно помогает Китаю.

     Короче говоря, именно КНР, с её мощными экономикой и валютой, представляет главную угрозу господству США в мире. Поэтому чем больше будет укрепляться китайская экономика, чем сильнее будут мировые позиции юаня, тем большую угрозу Китай будет представлять для Америки. И тем сильнее будут нарастать ответные или даже упреждающие действия со стороны Вашингтона — независимо от того, республиканцы или демократы окажутся у власти. Антикитайская политика пользуется поддержкой обеих палат Конгресса. Именно на этой площадке Трамп может получить дополнительные очки в своём противостоянии глобалистским силам.

     Америка по-прежнему гораздо сильнее Китая в стратегическом отношении. Достаточно вспомнить, что положительное сальдо Китая в торговле с Америкой — примерно 360 миллиардов долларов. Если Америка преградит путь китайским товарам на американский рынок и хотя бы вдвое сократит китайский экспорт, то ситуация в китайских провинциях, ориентированных на производство экспортной продукции, станет кризисной, нарушится экономический и социальный баланс КНР. Это станет большой проблемой для Компартии, которая не желает терять свою власть в Китае, для Си Цзиньпина, который хочет продлить свои полномочия ещё на пять лет. Поэтому в данной ситуации угроза Трампа ввести 35-40%-ные импортные пошлины на китайские товары — это страшное оружие. Программа-минимум требований, предъявляемых Пекину со стороны Вашингтона, хорошо известна: усилить давление на Северную Корею, перестать заниматься кибершпионажем. Но главное требование — это, конечно, чтобы Китай унялся со своим экономическим ростом, ревальвировал юань и сократил торговый профицит с США.

      Си Цзиньпин эту жёсткую позицию Дональда Трампа вынужден учитывать и на какие-то уступки идти. Так, после апрельской встречи двух лидеров во Флориде был принят план наращивания американского экспорта в Китай. Действительно, увеличились закупки того, чего не было на китайском рынке уже давно. Например, американской говядины; были закуплены дополнительные самолёты «Боинг» и так далее. Но это — не фундаментальные сдвиги.

Ведь чего, спрашивается, США в конечном итоге ждут от Китая? Что китайцы скажут: «Да, лаовай (заморские белые черти), мы перестанем заниматься высокими технологиями, развивать промышленность и науку, снова все поголовно наденем традиционные конические шляпы доули и вернёмся с мотыгами на рисовые поля»?

     Это совершенно нереалистичные требования. Но именно их исполнения Америка будет добиваться всеми способами — в том числе провоцируя конфликты внутри Китая и на его границах. Точно так же Америка ведёт себя и по отношению к России, тем самым подталкивая две главные державы Евразии навстречу друг другу. Если ещё не создана критическая масса как в ядерном заряде, то дело к этому идёт. Под полноценной критической массой я подразумеваю военно-политический союз. Пока Москва и Пекин отвергают эту формулу. Но неизвестно, что будет дальше. Если продолжится американское «сдерживание», если оно примет ещё более агрессивные формы, чем сейчас, то тогда, я думаю, Москва и Пекин задумаются о создании полноценного союза, напоминающего тот, который в 1950 году был создан Иосифом Сталиным и Мао Цзэдуном.