Текст: Сергей Кургинян

 Если сложить воедино высказывание Маска и явно коррелирующее с ним высказывание Тиля о спасительности искусственного интеллекта, то выходит, что весь ажиотаж вокруг искусственного интеллекта имеет не экономический и не технологический, а буквально эсхатологический характер, то есть глубоко религиозный. И это в какой-то мере объясняет, почему, несмотря на очевидную убыточность технологий ИИ и отсутствие даже перспектив сделать их хотя бы минимально прибыльными в обозримом будущем, техноэлита упорно продолжает «есть этот кактус» и вкладывать в ИИ миллиарды долларов. Учитывая, что одновременно они же вкладывают миллиарды в строительство бункеров на случай ядерной войны (а это вполне может трактоваться как Армагеддон), то в их головах тезис о грядущем конце света поселился довольно прочно.

Другими словами, нас с вами хотят убедить в том, что конец света близок, а ИИ — это безальтернативная возможность спасения человеческой цивилизации, и даже больше — самого вида Homo Sapiens.

Если же принять эту точку зрения, то следующим логичным шагом после массового уверования в спасительность ИИ для человечества будет его обожествление. Всезнающий и всемогущий ИИ устроит вашу жизнь гораздо лучше и оптимальнее, чем вы сами. Он гораздо быстрее и точнее будет угадывать (и даже исподволь навязывать) ваши желания, предлагать решения проблем, писать за вас письма, выбирать подарки, составлять расписание дня, планировать отдых, совершать покупки и, в конце концов, даже думать. Оспорить решения ИИ будет невозможно. Уже сейчас все критики отмечают отсутствие регулятивных механизмов в данной сфере, а там, где зачатки регуляции со скрипом пытаются вводить, налицо драматическое отставание этих регулятивных мер от динамики развития возможностей ИИ.

В результате такого развития событий человек станет заложником технологий и будет лишен своего главного качества — свободы воли. Ее подменит (уже подменяет!) рекомендательный механизм нейросетей и прочих ИИ-разработок. А вместе с утерей свободы воли человек лишится и способности различать добро и зло. Ведь если нет свободы воли, то человек не может отвечать за свои поступки, а значит, не имеет значения, понимает ли он разницу между добром и злом — все равно ведь решение принимает не он.

И тут нам вспомнился проект «Великий инквизитор», описанный гениальным Достоевским в «Братьях Карамазовых», который, как считается, реализуется определенными частями западных спецслужб. Главный герой притчи о Великом инквизиторе мечтает о разделении общества на «тысячи миллионов счастливых младенцев и сто тысяч страдальцев, взявших на себя проклятие познания добра и зла». Суть проекта в том, что власть имущие («страдальцы») должны отнять у людей свободу и субъектность в обмен на сытость и комфорт. Согласитесь, нечто похожее разворачивается на наших глазах. На всех континентах, во всех странах мы видим сейчас миллионы инфантилов, стремительно теряющих волю и разум, не способных принять даже элементарные решения без консультаций с ИИ-помощником. Какую судьбу приготовили этим людям «страдальцы», прибирающие к рукам и разум, и волю человечества? Проект, согласно Достоевскому, имеет сугубо метафизическую природу, вдобавок отрицающую учение Христа.

Великий инквизитор у Достоевского, откровенничая с Христом, называет «единственные три силы на земле, могущие навеки победить и пленить совесть этих слабосильных бунтовщиков, для их счастия, — эти силы: чудо, тайна и авторитет». Но неужели не видно, что искусственный интеллект уже позиционируется и воспринимается как воплощение этих трех сил?!

ИИ — уже авторитет, его советы и рекомендации многими берутся на веру, без какой-либо критики и проверки. Да, пока он еще зачастую делает довольно грубые ошибки, но эти ошибки разработчики обещают исправить, а людей, которые способны обнаружить эти ошибки, не так уж и много. Разве мы не видим, как на откуп ИИ отдается управление все большего числа сфер жизнедеятельности?