Консул
Сделать домашней страницей Написать нам

 

Точка зрения
«МЕНЕ. ТЕКЕЛ. ФАРЕС»

Штурм вашингтонского Капитолия 7 января 2021 года удивительно похож на захват гонконгского Законодательного собрания 1 июля 2019 года. Вот многотысячная толпа демонстрантов спокойно движется мимо слабо охраняемого здания. Вот неожиданно вперед устремляется штурмовая группа, отбрасывает служителей безопасности, врывается в вестибюль, проникает в кабинеты и устраивается там по-хозяйски. Люди в черных майках в Гонконге и в звериных шкурах в Вашингтоне только на первый взгляд смотрятся как эталон анархии. Словно по чьей-то команде они быстро собирают силы в наступлении, сплачиваются для удержания фронта, а затем организованно отступают. Качественная съемка обеспечивает мировые СМИ эффектными кадрами погромщиков в креслах ключевых законодателей, надписей на стенах, разбитой оргтехники.

Дело жизни. Анатолий Наумов

Важную роль в многогранном процессе активного развития
российско-израильских связей призваны сыграть контакты между людьми науки, в частности гуманитариями — историками, филологами,
этнографами, работающими в академических институтах, библиотеках
и вузах обеих стран. Наш разговор сегодня о петербургском ученом, посвятившем свою жизнь изучению еврейской книжной
культуры Cредневековья. Но начнем мы его издалека…

Сначала несколько слов о семитологии и гебраистике в Петербурге. Гебраистика (научная дисциплина, изучающая памятники письменности, созданные на древнееврейском языке и современном иврите) в России зародилась в первой половины XIX века, когда в православных духовных академиях и семинариях было введено преподавание древнееврейского языка. Первыми преподавателями и авторами учебной литературы были Г. П. Павский и К. А. Коссович. Во второй половине XIX века Императорская публичная библиотека приобрела три коллекций еврейских рукописей мирового значения (так называемые Первая и Вторая коллекции Фирковича и коллекция Архимандрита Антонина) изучением и описанием которых занимался выдающийся семитолог-гебраист А. Я. Гаркави.
Начало же академической науки связано с Санкт-Петербургским государственным университетом, на восточном факультете которого с момента его основания (1855) существовала кафедра еврейской, сирийской и халдейской словесности. Возглавлял ее выдающийся ориенталист Д. А. Хвольсон — переводчик Библии с древнееврейского на русский язык, который на протяжении почти 30 лет руководил и кафедрой в Санкт-Петербургской православной духовной академии. Именно он и его талантливые ученики (академик П. К. Коковцов и ряд других) были основателями петербургской школы семитологии и гебраистики.
В 1919 году Факультет восточных языков был расформирован, но продолжали трудиться такие специалисты, как В. Б. Шилейко, А. П. Рифтин, Н. В. Юшманов, И. Н. Винников и многие другие. В 1933 году в университете был воссоздан центр изучения и преподавания семитологии и гебраистики, тогда на кафедре семито-хамитских языков существовали три основные специальности: ассириология, гебраистика, арабистика. Особое внимание уделялось не только языкам, но и истории, культуре, литературе.


В 1949 году в рамках «борьбы с космополитизмом» кафедра была разгромлена. Однако изучение гебраистики и семитологии (в усеченном объеме) продолжалось на кафедре арабской филологии. Сохранению научных традиций семитологии способствовала деятельность таких талантливых ученых и преподавателей, как Г. М. Глускина и Г. М. Демидова.
…Прошло более полувека, и в 2011 году историческая справедливость была восстановлена — на Восточном факультете вновь открывается кафедра семитологии и гебраистики. Ее заведующим стал профессор, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института восточных рукописей РАН Семен Мордухович Якерсон. Это не только крупнейший, мирового уровня специалист в области изучения еврейских инкунабулов, ученый, буквально одержимый наукой, но также и человек с чрезвычайно разносторонними интересами — это и русская история, и поэзия, история мировой культуры и многое, многое другое. Словом, он из тех, о ком говорят: «Настоящий русский интеллигент». Семен Мордухович любезно согласился встретиться с нами и рассказать о себе и о своей работе.
Родился он в 1956 году в Ленинграде, в интеллигентной еврейской семье. Отец в 1941‑м мальчишкой ушел на фронт, прошел всю войну, был тяжело ранен. Историк по образованию, боевой офицер, коммунист, он до старости гордился, что ни разу в жизни не был ни в церкви, ни в синагоге. От еврейского местечка в черте оседлости, откуда он был родом, остались только отрывочные воспоминания. Мама была еще более далека от еврейства: родилась в Ленинграде, закончила японское отделение Восточного факультета ЛГУ, а потом многие годы преподавала русский язык иностранцам. Их семья жила в большой коммунальной квартире на улице Рылеева, рядом со Спасо-Преображенским собором.
Сема с детства был увлечен русской историей, любил поэзию, читал Фета, Надсона, Бальмонта, Северянина, многое знал наизусть. Еврейство же его тогда вообще не интересовало, но в 16 лет он получил паспорт, где в графе «национальность» стояло «еврей». Ему доходчиво объяснили, что в университет, о котором он мечтал, на интересующую его специальность он никогда не поступит. Почему? Почему те, кто записался в «русские», могут, а он — нет? Тогда у него и появился серьезный интерес к своим корням. Он хотел изучить историю, культуру, язык своего народа. Идиш или иврит — для него тогда не было разницы. Стал читать Шолом-Алейхема, какие-то отдельные еврейские слова узнал от отца, по БСЭ выучил еврейский алфавит. Потом достал первый учебник иврита, познакомился с людьми, которые учили этот язык. Но ивритом они занимались «подпольно», хотели поскорее «взять» язык и покинуть СССР, уехать в Израиль. А он совсем не хотел отсюда уезжать. Полностью погрузился в иврит, доставал старые книги. Легко поступил в Институт культуры, где изучал книговедение. И учил, учил язык своих далеких предков. Даже лекции по истории КПСС записывал на нем!
Были ли у него тогда неприятности? Конечно, даже очень серьезные — чуть из института не исключили. Такое уж было время: тайное изучение иврита ассоциировалось с диссидентством, антисоветской деятельностью. Но он делал это открыто. Когда его вызывали на собеседования «товарищи в штатском», Семен подчеркивал, что он ни в чем не нарушает закона. Да, изучает иврит, да, переписывается на нем с заграницей, да, встречается с иностранцами (не шпионами!). Но ведь все это не запрещено законами СССР. Кроме того, он не религиозен и далек от идей сионизма.
Молодой и упрямый, он тогда уже знал, что еврейский язык, изучение старинных еврейских книг станут смыслом его жизни. На четвертом курсе поинтересовался, где он сможет работать с книгами на иврите. На юношу посмотрели как на ненормального. Один умный ученый человек сказал тогда: «Сынок, уезжай, здесь тебе ничего не светит». Но он остался, доучился.
Потом — армия. Тогда многие ребята из еврейских семей стремились ее избежать. Но Семен решил: «Если меня этим пугают — отслужу». С собой взял иврит-русский словарь Шапиро московского издания (опять ничего не нарушил!). И в армии — он попал в танковые войска — продолжал учить язык. Относились к нему нормально. Прапорщик говорил: «Якерсон? Да это тот, который все время справа налево книжку читает». Вспоминая о службе, Семен Мордухович говорит с юмором: «В армии — как себя поставишь, так и будут к тебе относиться. Прекрасное было время — молодость, иврит, танки, алкоголь, девушки…».
После армии работал в Библиотеке академии наук, продолжая изучать старинные еврейские книги, мечтал создать каталог инкунабулов (старопечатных книг, изданных до 1501 года). Чувствовал, что ему остро не хватает специального востоковедного образования, и добился разрешения посещать занятия по древнееврейскому и арамейскому языкам и древнееврейской литературе на Восточном факультете университета. Через год, сдав экзамены по этим дисциплинам в полном объеме университетского курса, получил соответствующую справку. Случай уникальный!
Своими наставниками в области изучения иврита и истории еврейской книги он считает прежде всего Льва Ефимовича Вильскера, сотрудника отдела литературы стран Азии и Африки Государственной публичной библиотеки, и его жену, Гиту Менделевну Глускину, преподававшую на Восточном факультете ЛГУ древнееврейский язык и средневековую еврейскую литературу.
…Мечта Семена Якерсона сбылась: в 1985 году составленный им «Каталог инкунабулов на древнееврейском языке библиотеки Ленинградского отделения Института востоковедения АН СССР», где он работал (эта библиотека была филиалом БАНа), был издан. На сероватой бумаге, небольшим тиражом. Он сделал это, когда в стране, по сути дела, не было гебраистики! Книга сразу стала известна за рубежом, появились рецензии, о которых он долго ничего не знал. Конечно, в ней были и недочеты, и отдельные неточности. Он принялся за изучение других каталогов, проработал массу справочной литературы и затеял составление описания всех еврейских инкунабулов, хранящихся в библиотеках нашей страны. Работал не покладая рук, все делал сам — набор, корректура, поездки в типографию. Книгой «Еврейские инкунабулы. Описание экземпляров, хранящихся в библиотеках Москвы и Ленинграда», вышедшей в 1988 году, автор гордится и сегодня. Это не только подробнейшее описание памятников — в книге содержится множество другой разнообразной информации. Она как бы погружает читателя в мир средневековой еврейской культуры, дает возможность вернуться к ее истокам.
Когда наступило время перестройки и еврейская тема перестала быть «табу», обнаружилось, что кроме книг Якерсона в этой области в России ничего нет! Его, молодого, еще не остепененного исследователя, стали «предъявлять» загранице. Он получил известность в научном мире. По материалам этих книг Семен Якерсон защитил диссертацию под непростым названием «Инкунабулы на семитских языках (древнееврейском и арамейском) и их место в европейской книжной культуре XV века». Диссертаций по еврейской медиевистике в нашей стране не было очень давно, а по истории еврейской книги это была вообще первая. Защищался он в родном Институте культуры, ректор которого сказал: «Сема, давай! Хорошо, что мы тогда тебя не исключили».
Его, так быстро ставшего известным в своей области специалистом, начали приглашать за границу. Он поехал в США, где занялся описанием крупнейшего собрания еврейских инкунабулов библиотеки Еврейской теологической семинарии Америки в Нью-Йорке. Чтобы получить эту работу, надо было выиграть конкурс Госдепа, а библиотека Теологической семинарии должна была доказать, что в США подобных специалистов нет (именно на этом основании можно было получить право на работу в США). Коллекция эта грандиозна, о такой работе можно было только мечтать. Она растянулась на годы — только само описание заняло пять лет, затем подготовка к изданию, печать… Библиотека находилась в США, книга печаталась в Израиле, ее автор последние годы жил в России. Все было очень сложно, но он упорно трудился. Результатом этого колоссального труда стал объемистый, прекрасно изданный двухтомник, вышедший в 2004–2005 годах. С. М. Якерсону есть чем гордиться. Затем поступило предложение от Института еврейской палеографии при Национальной библиотеке Израиля работать в международной группе кодикологов по описанию еврейских датированных рукописей. Его всячески старались из «книжника» сделать «рукописником»…
А в России к тому времени пробудился большой интерес к иудаике в целом, и Семен Мордухович понимал: он хочет писать по-русски, чтобы помочь интересующимся своей культурой людям. Он также хотел рассказать широкой аудитории о богатейших собраниях сокровищ еврейской культуры, имеющихся в нашем городе. И вот к 300‑летию Санкт-Петербурга вышла замечательная книга «Избранные жемчужины. Уникальные памятники еврейской культуры в Санкт-Петербурге (рукописи, документы, инкунабулы, культовая утварь)». Сегодня она стала настоящим книжным раритетом. Тогда же в Москве был издан его учебник «Еврейская средневековая книга: Кодикологические, палеографические и книговедческие аспекты», предназначенный для студентов, работающих с рукописями и старопечатными книгами. Он был написан достаточно живым доступным языком, за что автора критиковали некоторые коллеги-ученые. Очередным итогом кропотливой работы исследователя стал двухтомник «Еврейские сокровища Санкт-Петербурга» (2008–2009), посвященный памятникам материальной и духовной культуры евреев из петербургских собраний. А последняя книга автора вышла в 2011 году: «Наставление мудреца Иуды Ибн Тиббона сыну Самуилу, сочиненное во дни юности оного». Можно сказать, что этот средневековый трактат о том, как надо любить и изучать Книгу.
С. М. Якерсон как авторитетнейший ученый, знаток еврейской культуры был привлечен к созданию Еврейского музея в рамках Российского этнографического музея. Сейчас там готовится выставка к 150‑летию С. А. Ан-ского (Семена Акимовича Раппопорта), виднейшего деятеля еврейской культуры, ученого, писателя, революционера.
Когда на Восточном факультете СПбГУ была восстановлена кафедра семитологии и гебраистики, то вполне естественно, что тогдашний декан факультета профессор Е. И. Зеленев пригласил возглавить ее именно Семена Мордуховича Якерсона — видного российского гебраиста, исследователя средневековой еврейской книги, посвятившего этой теме всю свою жизнь.
Семен Мордухович говорит, что сегодня кафедра полноценно функционирует. Кроме классических языков (иврита, арамейского, арабского) преподаются еврейская палеография, современный иврит, современная израильская литература, сравнительное семитское языкознание, этнография и многие другие дисциплины. Сам Якерсон ведет три курса: введение в специальность «гебраистика», история еврейской книжной культуры и введение в этнографию и религию еврейского народа. О студентах говорит как о способных, трудолюбивых ребятах с широким кругом интересов. Среди тематики студенческих работ и классическая и современная израильская литература, и израилеведение, и, конечно, язык — иврит. В прогнозах относительно их будущего — сдержан. Он прекрасно представляет себе нелегкую долю тех, кто изберет путь академического, университетского ученого или преподавателя. Но таковы реалии нашего времени.
Семен Мордухович считает, что сегодня в Петербурге нет такой школы гебраистики, какая существовала здесь когда-то. Вообще же более активная научная жизнь — в Москве, где есть широта, больше возможностей. Если говорить о собраниях библиотек и музеев, то в России самые ценные памятники еврейской культуры хранятся в РНБ, Институте восточных рукописей, Российском этнографическом музее и в РГБ в Москве. За рубежом самый сильный центр гебраистики находится в Израиле, затем идут США и Великобритания. Последние годы значительно активизировались контакты между учеными России и Израиля. Так, были микрофильмированы все еврейские рукописи из собраний Санкт-Петербурга и Москвы и копии их отправлены в Израиль, что дало ощутимый толчок развитию израильской науки.
Сегодня кафедра налаживает отношения с организациями, занимающимися вопросами российско-израильского культурного и научного сотрудничества, например, с Русским обществом друзей Еврейского университета в Иерусалиме. Кафедра постоянно находится в поле зрения Генерального консульства Государства Израиль. Его сотрудники бывают на факультете, постоянно приглашают преподавателей и студентов на свои культурные мероприятия. У заведующего кафедрой есть уверенность в том, что эти контакты будут и дальше расширяться и углубляться.
В заключение Семен Мордухович поделился очень интересными соображениями. Во время недавней очередной поездки в Израиль он с интересом следил за компанией выборов в кнессет, встречался с некоторыми из активистов различных партий. Они высказали мысль о том, что идеи сионизма, сыгравшие в свое время огромную роль в становлении и укреплении еврейского государства, сегодня зачастую уводят его в сторону от общенациональных интересов еврейского народа, да и от магистральных путей общемирового развития. Да, сегодняшний Израиль — это современное, интенсивно развивающееся государство, но сами израильтяне в значительной степени оторвались от своих корней, отдалились от истоков своей древней культуры, множество памятников которой сохранилось в России.
Ученый считает, что взаимодействие России, где хранятся многие уникальные памятники еврейской культуры, и Израиля, где сегодня наблюдается особый к ним интерес, очень важно для дальнейшего сближения наших стран и подлинного взаимопонимания между их народами.